Виталий Попов (fariaf1) wrote,
Виталий Попов
fariaf1

Новые вехи ближневосточного противостояния и старые угрозы для России (часть 1)


Источник фото: www.tvc.ru

С наступлением 2017 года, ситуация на Ближнем Востоке приобрела новый военно-политический оборот. Новизна заключается как в явных стратегических успехах сирийских правительственных войск и их союзников, так и в изменившейся внешнеполитической повестке крупных международных игроков, имеющих свои интересы и влияние в этой части Земного шара.

Что касается успехов, то речь здесь идет, прежде всего, об освобождении крупнейшего сирийского города Алеппо от террористов в конце прошлого года. После этой военной и политической победы, внимание мировой общественности переключилось на военные действия в Ираке и на операцию международной коалиции по освобождению Мосула.


Важной завершающей стадией военной победы в Алеппо стала тактика стравливания оставшихся осколков террористических группировок между собой. В течение нескольких месяцев их накапливали в одном месте — в провинции Идлиб, свозя из разных «котлов» в Сирии. Часть бежала, а часть была вывезена в декабре 2016 года из освобожденного Алеппо. По мнению большинства экспертов, такое удачное расположение боевиков в одном месте позволило с минимумом военных затрат уничтожить достаточно многочисленную часть радикалов.

Так, 24 января 2017 года портал FARS News Agency привел заявление арабского аналитика Джамиля Шахена, согласно которому десятки тысяч террористов из 128 группировок, составленных из представителей 59 различных этнических племен и регионов, собраны в одной провинции Идлиб: «У каждой из групп имеется свой лидер. Группировки получают финансовую и военную поддержку из одного и того же источника. У них у всех различные цели и идеология. <…> Принятие этими различными группировками единого решения невозможно». Эксперт отметил, что в боях в этой провинции только между террористами Фатах аль-Шам, Джунд аль-Акса и Ахрар аль-Шам погибло свыше 1780 боевиков.

И без того острая ситуация между вооруженными группировками в Идлибе обострилась еще сильнее после инициированных переговоров в Астане 23-24 января между частью умеренной оппозиции и сирийским правительством. Не желающие складывать оружие и садиться за переговорный стол боевики посчитали принявших перемирие бывших союзников предателями, что не могло не вызвать новую волну обострения среди вооруженной оппозиции.

Только успешное освобождение Алеппо, над перспективой которого еще год назад едко ухмылялись западные партнеры, могло дать столь масштабные политические результаты, как переговоры вооруженной оппозиции и официального сирийского правительства. Стоит отметить, что переговоры подобного рода являются первыми за историю гражданской войны в Сирии, а также за период всех военных конфликтов, начатых «арабской весной» в 2011 году. Успех в Алеппо дал почву и для объединения эффективного союзнического альянса России, Турции и Ирана.

В рамках этого альянса, Россия и Турция добились еще большего военно-политического сотрудничества, и 18 января осуществили первую совместную воздушную операцию против боевиков террористической группировки ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в окрестностях населенного пункта Эль-Баб.

Как сообщил начальник Главного оперативного управления Генштаба ВС РФ Сергей Рудской: «К воздушной операции, согласованной с сирийской стороной, привлекаются девять ударных самолетов ВКС России, в том числе четыре Су-24М, четыре Су-25 и один бомбардировщик Су-34, а также восемь самолетов ВВС Турции: четыре F-16 и четыре F-4. Всего поражается 36 объектов».

Таким образом, убийство российского посла Андрея Карлова 19 декабря 2016 в Анкаре не только не спровоцировало новый конфликт, но, напротив, способствовало еще большему сближению России и Турции в борьбе с терроризмом. Однако не стоит забывать, что нарастающее с новой силой потепление российско-турецких отношений отнюдь не отменяет прагматических интересов турецкого государства на Ближнем Востоке, явно расходящихся с российскими интересами в этом регионе.

Так, некоторые эксперты говорят о крайне неоднозначной роли в трагедии с русским послом турецких властей и спецслужб, несколько месяцев назад так успешно подавивших попытку государственного переворота. Согласно мнению этих экспертов, непрофессионализм, с которым действовали турецкие спецслужбы во время охраны посла и ликвидации 22-летнего убийцы Мевлюта Мерт Алтынташа, при первом же приближении обнаруживает как минимум два нюанса. Во-первых, это беспрепятственно произнесенная под телекамеры многоминутная речь исламиста над убитым послом, и, во-вторых, явно намеренная ликвидация террориста сразу после ее завершения (стреляли в грудь, а не по ногам, добивали уже упавшего). Связана ли такая нерасторопность с крайне болезненным поражением т.н. умеренной оппозиции в Алеппо, в формировании и поддержке которой Турция принимала некоторое участие, или с чем-то еще — тема для отдельной статьи.

Так или иначе, но именно после освобождения Алеппо Турция пошла на признание за Россией ведущей роли в принятии решений по преодолению сирийского кризиса. Так, 20 января информационное агентство Associated Press привело слова турецкого вице-премьера Мехмета Шимшека, который заявил, что Турция более не настаивает на решении сирийского кризиса без президента Сирии Башара Асада, так как «факты на земле кардинально изменились». До сих пор риторика Анкары в отношении сирийского конфликта сводилась исключительно к требованиям лишения Башара Асада полномочий президента.

Специально для ИА Красная весна

Часть 2; Часть 3

Tags: ИГ, Ирак, Россия, США, Сирия, ближний восток, политика
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments